Дело не в мужике. Измена

Измена это кризис?
Ответ С.К.: – И кризис и индикатор нерешенных проблем.

– Мы много лет вместе, они с женой давно сами по себе, почему он не разводится и не хочет со мной жить?
Ответ С.К.: – Потому что третий в отношениях нужен для создания устойчивости конструкции – жена не выдерживает чего-то в отношениях с мужчиной (все мы в отношениях чего-нибудь да не выдерживаем), и он приглашает в пару вторую женщину – возьми, пожалуйста, на себя то, что не может удержать она, чтобы мы с ней стали более устойчивы, как пара.
Вот такая интересная двухслойная конструкция – первым слоем человеческая драма, вторым – экологичная социально неодобряемая и малопонятная всем участникам триады роль того, кто вроде бы как соперник одному из супругов. Внешний участник тройственного союза  входит третьим, как поддержка для человека своего пола.  Он несёт метасообщение «я вижу, ты тут один не вытягиваешь, давай поддержу». 

И если бы весь этот трехногий табурет не входил в клинч с моралью, этикой и нашими убеждениями, но он входит.
А когда он входит в клинч, минимум у двоих участников триады опускаются крылья. 
Опускаются, но не всегда и не у всех. Многие  жены и подруги достаточно спокойно смотрят на присутствие любовницы в жизни мужчины, видимо интуитивно чувствуя, что вторая женщина помогает им двигаться с рюкзаком в горку, принимая часть ноши на себя,  и помогает мужчине решать те вопросы приближения к внутренней целостности, которые в совместном движении с женой/подругой  зашли в тупик.

Вторая женщина поможет паре пройти часть пути, и как только рюкзак станет и для нее тяжеловат, у табурета появится четвертая нога.

Рюкзаки тяжелеют тогда, когда центр многогранника прикасается к своим теневым сторонам и своему травматическому материалу – мы легко помогаем нести рюкзаки друг другу ровно до того момента, пока в них не оказывается схожий травматический материал.
Как только мы заходим в те места, где обоим больно, рюкзаки становятся неподъемными. Но третий, у которого в этом месте не болит, легко вскидывает чужой рюкзак на плечо, а у табуретки появляется дополнительная нога-подпорка. Табуретки-сороконожки бывают.

Если оба были в браке/отношениях на момент начала параллельных отношений, часто бывает ситуация, когда женщина  из семьи уходит, а мужчина нет, или через какое-то время разрываются и их отношения. 

У меня есть ощущение (на этот раз не подтверждённое исследованиями и массивами статданных), что любовник в этом случае играл роль привратника – открыл дверь, она вышла из дома, функция выполнена, и он исчезает из ее жизни.
Он появляется только для того, чтобы завершились семейные отношения, которые иначе не завершаются в силу каких-то весомых причин.  И вроде бы как он выводит из семьи женщину, но вот в чьих интересах он ее выводит – вопрос.

Если он все же  выполняет частично замещающую роль, получается, что его конечная задача не отправить женщину в свободный полет, а сказать своему сопернику: «Парень, я тебя от неё освободил, выдыхай».

Он подставил плечо и вывел из под удара мужчину, который не выдерживал теней жены.  Ему самому разводиться уже незачем, он роль отыграл.

Он остаётся в браке и условно просит о встречной услуге в свою сторону – моя жена не выдерживает мои тени, подставь ей плечо, помоги мне остаться в браке. 
И здесь все очевидно, благодаря расставленным приоритетам. 
Мы именно там, где нам важно быть. 

С каким участником триады нам важно быть в супружестве, с таким мы и имеем штамп в паспорте, что бы мы по этому поводу ртом ни говорили.

Действия всегда сообщают больше, чем языки.

Скорее всего, если бы вторая женщина не вошла в пару, брак бы распался.

Что часто делает женщина (у мужчин чаще иначе), когда чувствует, что мужчина смотрит в сторону увеличения количества ножек табуретки?

Ищет,  куда же он смотрит,  и гадает, что там в ней есть такого, что лучше, чем у меня.
Это бестолковая затея.
“Там” может оказаться и звезда, увидев которую остается только вздыхать и плакать от недостижимости, убеждая себя, что я не хуже, и незвезда, увидев которую,  остается только возмущаться – меня поставили в один ряд вот с этим вот невнятным недоразумением. 

Да, поставили.

Какой бы ни оказалась женщина, к которой стремится этот конкретный мужчина, это не имеет ровным счетом никакого значения.

Значение имеет то, что в ее присутствии или благодаря ей он становится собой больше, чем был до нее.
С вами он исчерпал возможности этого движения. 

Ключевое мужское в работе с многогранными отношениями звучит как “с ней я могу быть собой“. 

С каждым человеком мы проходим к своей глубинной сути до определенного уровня.
С кем-то это дорога длинною в жизнь, с кем-то длиною в один разговор, с кем-то длиною в десять лет. Все наши дороги конечны. 

Беготня по тарологам и пристальное изучение сетевых профилей конкуренток отвлекает от трагичного осознания, что система пришла в движение.

Но не приближает к тому, чтобы сдвинуть систему в нужном вам направлении.

Попытка рассмотреть конкурирующую организацию в лупу и скопировать то, из-за чего,  как вам кажется,  мужчина начал движение в сторону другой женщины – вдвойне бессмысленная затея.

Смотреть нужно совсем в другую сторону – в себя
Что я не выдерживаю видеть в этом мужчине и его отношении ко мне, что не является проблемой для той женщины, на которую он смотрит?

Дело не в ней, а в том, кто он для себя самого, когда она есть,  и к чему в нем самом она дает ему доступ и проходы

Она, кстати, может абсолютного этого не понимать и совсем об этом не думать. И он тоже вряд ли это вербализует.

А уж если она понимает, что  делает,  и даёт ему проходы осознанно,  затея проконкурировать множится на ноль – вторая женщина играет на поле игр, в которые мало кто вхож,  и она его проводник. 

Скорее всего и он ее проводник тоже.
Это редкие истории, но они бывают.

И тут все ещё сложнее.
Внутрь этих историй конкуренция не встраивается в принципе.  Проходы  иногда бывают такой мощи, что не пойти в эту сторону человек не может. Он идет через другого человека или с этим человеком внутрь самого себя, к центру своей личности.
Удержать это движение невозможно. Если его перекрыть, человек перестает быть живым.

Вы будете конкурировать в одни руки, как Эллочка Людоедка с Вандербильдтихой.

Одна/один конкурирует, а другая/другой не принимает во внимание фигуру, как значимую и требующую внимания и вполне может к этой фигуре испытывать благодарность или симпатию.

А не выдерживаем мы всегда какое-то приближающееся к нам вместе с мужчиной знание о себе.
И пока мы это знание близко к себе не подпустим и какую-то оторванную и запрещенную часть себя себе не вернем, мы не сможем быть в том месте и в том знании о нем, в котором может быть другая женщина.
Пытаться имитировать, что можем, бесполезно, долго на цыпочках не простоишь. 

Короче, если система пришла в движение, не имеет смысла пытаться сделать, чтобы было, как было всегда.

Если движение мужчины в сторону другой женщины сломало ваши крылья, глупо пытаться вставить на место перья, когда из крыльев торчат кости.

Неблагоразумно зажмуриваться и доказывать себе и окружающим, что ничего не изменилось, и у вас большая непотопляемая любовь и разливанное счастье.

Чем больше об этом говорится, тем больше вызывает сомнений.

Чем раньше названо то, что не хочется называть, тем тверже земля под ногами.

Единственный возможный вариант движения  – двигаться в своем ритме и ритме системы в сторону большего понимания себя.

Что в результате произойдет с отношениями – непредсказуемо.  Иногда жизнь так путает нам карты, что старшие арканы застывают в изумлении.

От того, какая вы ножка в табуретке, что-то тоже зависит. 
Если конкурирующая организация занимает все ваши мысли, то вы уже не в отношениях со своим мужчиной, а в отношениях с ней, и они более важны, чем все остальное.

Бьетесь вы с ней, скорее всего, не за мужчину, а за что-то совершенно иное.  

Посмотрите  в сторону того, что так важно отвоевать?
Зуб даю, что оно хранится совершенно в другом месте, а конкурирующая организация вам просто своим присутствием сообщает: “смотри на себя и не отворачивайся.  Для тебя это крайне важно. Разберись уже, наконец, сама с собой. И не впутывай в свою внутреннюю войнушку широкие народные массы”.

Как посмотреть?

Берете бумагу и ручку (экран и клавиатура не подходят – другая моторика движений) и пишете письмо той, с которой вы в страстных отношениях.
Пишете адресно,  называя ее по-имени, если вы это имя знаете. 
Если не знаете, пишете “ты”.
Пишете потоком мыслей: как ложится на бумагу, так и правильно, и пишете до момента, пока не наступит внутреннее ощущение “теперь все, я все сказала”

Вопрос 1: – Не совсем поняла про перекрытие движения. Если вторая женщина решает, что больше не может быть третьей ногой и выходит из отношений с мужчиной, то это перекрытие?

Ответ С.К.: – Попытка перекрыть – это попытка посадить мужчину на цепь.

Вопрос 2: – Я, как правило, выхожу из тройственных союзов, как накувыркаюсь (чего уж лицемерить).
Либо жены гневаются и  пишут, чтобы оставила в покое их мужей, либо самой не интересно становится. Значит ли это, что я не хочу “разбираться с собой, смотреть на себя и не отворачиваться”?
Ответ С.К.: – Да.

Вопрос 3: – А что происходит, когда вторая женщина выходит из отношений в момент, когда у мужчины идёт переход?

Ответ С.К.: -Если она признаёт свой проигрыш и выходит,  дальше хорошие шансы на иные гармоничные отношения. 
Если хлопнув дверью с гордо поднятой головой и ненавистью, физически разрывает контакт, а по сути зависает в нем на много лет, и это выльется либо в пустоту рядом, либо в усугубившиеся в других отношениях проблемы.

Вопрос 4: – Самое важное , что хочу забрать у мужчин – оценку моего женского
Ответ С.К.: – Это один из этапов женского квеста (цепочки кризисных переходов),  на определенном этапе восприятие своего женского перестаёт быть привязанным к мнению мужчин.
* *

Что дальше делать с письмом конкурентке?

  1. Взять карандашик, старательно вычеркнуть имя своей конкурентки и вписать своё. Вычеркнуть «она» и «ты», заменить на «я». И наоборот. Везде, где было обращение к ней, возникнет обращение к себе. Везде, где был рассказ о себе, появится рассказ о ней.
  2. Прочитать.
  3. Понять что-то о себе, о ней и о ваших отношениях, что не было видно раньше.

«А вот если она жена, а я любовница» и «а вот если она жена, а я любовница» не имеют значения. Вычеркиваем и заменяем. Заменяем и вычеркиваем.
(с) Светлана Комарова

0

Автор публикации

не в сети 18 часов

Cucumari

0
Комментарии: 15Публикации: 2262Регистрация: 07-10-2019

Добавить комментарий