В самую чащу завёл…

–  Так- так. Интересно… Значит, говорите, что вам не приносят жертвы? И как давно это с вами?

–  Ну… Ну я не знаю… лет сто уже, наверное, – нервный мужичок в сером дырявом пиджаке ëрзал на кушетке в приёмной, то и дело почëсываясь. Запустив, наконец, руку за пазуху, он вытащил оттуда какую- то ветку и аккуратно положил её на пол.

–  Ни яиц на пенёк не кладут, ни хлебушка, –  печально вздохнул он, запустив пятерню в кудрявую бороду. – Вот, недавно было, закружил тут одних, запутал. В самую чащу завёл…

–  Ну, а они что же? –  безразлично спросил дежурный психотерапевт, что- то черкая в блокнотике для вида.

–  Обрадовались, ëлы- палы… Что-то там про экотуризм какой- то закричали, палатку сразу поставили да и куролесили до утра. Всю чащу загадили, туристы хреновы. Окурков накидали, да бутылок разных. Сплошная экология, мать-перемать.

–  Ну, не волнуйтесь вы так, не волнуйтесь. –  дежурный психотерапевт помешал ложечкой в кружке, отхлебнул. –  А с утра- то они почему жертв не принесли? Выбираться же надо было как-то? Неужели вы сеть мобильную не глушите, в чаще-то своей?

–  А там у одного со спутниковой связью был аппарат. Подготовился, гадюка.

–  Да-а, дела, –  врач, грустно усмехнувшись, что-то набросал на листочке, выдернул его из блокнота и протянул пациенту. –  Вот вам, значит, рецептик. Валерьяночки там попейте, ещё кой-чего. А через месяц-другой приходите, посмотрим.

–  Спасибо, доктор, как бы мы сейчас без вас… –  Леший махнул рукой, кряхтя, поднялся и вышел из кабинета.

–  Следующий!

* * *
–  П-п-простите, д-доктор, можно? –  снаружи в дверь кто-то робко поскрëбся.

–  Да-да, заходите!

В кабинете резко потемнело, психотерапевт посмотрел мельком на мигающую лампочку и перелистнул страницу.

–  Да вы заходите уже, заходите! Вас много, а я один, давайте, быстрее.

Он поднялся, дошёл до чайника и наполнил кружку заново.

–  П-п-простите, д-доктор, –  холодный порыв ветра взъерошил истории болезней на стеллажах, те противно зашуршали. На кушетке сконденсировался сгусток тьмы, постепенно принимая форму чего-то истощённого и ужасного. –  Я стес… стесняюсь.

–  Ну, ничего, ничего, извините меня тоже, работа нервная, знаете ли. –  врач сделал очередной глоток и перевёл взгляд на кушетку. – А-а, голубчик, это опять вы? Это же вы проживаете под кроватью гражданки Сидоровой, семнадцати лет, улица Космонавтов, 32, верно?

Существо торопливо кивнуло, заламывая длинные тонкие лапы.
–  И что же у вас на этот раз?

–  П-п-понимаете, д-доктор… я вылез ночь… чь… чью… Вылез. За… за… забираюсь на кро… кровать. Пытаюсь её за… за… за…

–  Задушить?

–  Д-да. А она ски… скидывает одеяло. Вся в ч… ч… чёрной коже и ши… ши… Шипах. Помада ч… ч… ч…

–  Тоже чёрная? И веки черные? И ошейник ещё, поди?

–  Д-да. И г-говорит мне, ну ч-что, м- милый… Поп… поп… поп-пался? –  и монстр заплакал.

Дежурный психотерапевт закатил глаза и отвернулся. Нашарив кружку, он допил своё успокоительное и окончательно расчувствовался. “Бедные… бедные мои чудовища, –  шептали его губы. –  И ведь говорила мне мама –  иди в программисты…”

(с) Mistral

Рисунок с древнего бубна шамана

0

Автор публикации

не в сети 1 день

Cucumari

0
Комментарии: 15Публикации: 2262Регистрация: 07-10-2019

Добавить комментарий